В который раз писать о раке простаты меня побуждает не только эпидемиология этого заболевания как в мире, так и в нашей стране, но и то, что в нашей области данной патологии не уделяют урологи и онкологи необходимое внимание. Действительно, рак простаты обнаглел и помолодел. Не остались на месте диагностика и лечение этой патологии, благодаря чему значительно улучшилось оказание медицинской помощи больным.

Остановлюсь на проблемах раннего выявления рака простаты. В больницах и поликлиниках отсутствуют профилактические осмотры мужчин, достигших 50-летнего возраста. Благо, что имеем тест по выявлению рака простаты, в том числе и на ранних стадиях – определение ПСА – простатического специфического антигена, свидетельствующего о наличии или отсутствии рака простаты. Хочу отметить, что кровь из вены на анализ нужно брать не после пальцевого исследования простаты, а хотя бы через неделю после такого. Иначе этот тест будет недостоверным. Может быть повышенным и в том случае, когда заболевания рака простаты нет. Не следует проводить анализ после цистоскопии, биопсии и других манипуляций на простате. К сожалению, об этом, видимо, знают не все урологи и допускают ошибки.

Важным при раке простаты является неагрессивный метод ультразвукового исследования. С помощью УЗИ определяем размеры и объем простаты, наличие остаточной мочи, количество которой зависит от степени обтурации опухолью мочевыделительного канала. Чем больше опухоль, тем больше количество остаточной мочи в мочевом пузыре, хотя это не всегда так. Остаточная моча – ее количество, которое осталось в мочевом пузыре после мочеотделения. При раке простаты, как и при аденоме, недостаточно обследования только нижних мочевых путей. Часто при наличии большого количества остаточной мочи, или при сдавлении опухолью ячеек мочеточников, затрудняется выделения мочи из мочеточников в мочевой пузырь, что приводит к гидроуретеронефрозу, то есть к расширению мочеточников и лоханок и чашечек почек. Таким образом, проходит атрофия паренхимы (ткани) почек, и наступает хроническая почечная недостаточность. Это грозное осложнение рака простаты, которое может привести к трагическим последствиям. К сожалению, есть и такие случаи. Но большинству таких больных удается помочь. 2 месяца назад, с аналогичным осложнением поступил в нашу клинику пациент из Хустщины, мой земляк, которому удалось провести стентирование почек, то есть улучшить отведение мочи из почек в мочевой пузырь. Отведена также моча и из мочевого пузыря. Назначена больному и соответствующая гормонотерапия рака простаты, правда, еще не решен вопрос оперативного лечения.

Не могу не обратить внимания и на биопсию простаты, то есть пункционное взятие тканей из простаты, которые в патологоанатомических лабораториях после соответствующей обработки подвергаются гистологическому исследованию. Очень важно при биопсии выбрать участки простаты, подозрительные на наличие у них ракового роста. Иначе, при наличии рака простаты, если взять ткани из невредимых опухолью участков, то заключение гистолога не подтвердит достоверность диагноза рака простаты. Следовательно, больной не получит должного лечения, гормонального или оперативного.

pyhluna_12_14

Важным для выбора характера лечения является определение гистологом индекса Глисона, указывающего на степень рака, а также его агрессивность. Но и этого недостаточно для выбора адекватного лечения. Необходимо провести МРТ или хотя бы компьютерное обследование с контрастированием. С его помощью определяем более достоверно размеры простаты, прорастание раковой опухоли или его отсутствие в ткани (стенку) мочевого пузыря, семенные пузырьки и отношение ее к капсуле простаты, то есть прорастает ли в капсулу и выходит ли за ее пределы. Здесь же определяем функциональные способности почек, их анатомические изменения.

Очень важно определить наличие метастазов или их отсутствие в позвоночник, кости лоханки, легкие и головной мозг. Не стану останавливаться на методах таких исследований. Очень важно их проводить. От результатов такого обследования зависит тактика лечения. 10 дней назад к нам поступил больной В., 70 лет, с диагнозом рак простаты II ст., которому мы 2 месяца назад предлагали операцию – радикальную простатэктомию. Но он не согласился, хотя его уговаривали дети и внуки. Употребление гормональных препаратов на 2-м месяце привело к печеночным токсическим изменениям. В состоянии средней тяжести поступил в нашу больницу. После проведенной успешной дезинтоксикационной и общеукрепляющей терапии согласился на операцию. Пришлось провести повторно необходимые обследования. Рак не вырос в стенку мочевого пузыря и капсулу. Лимфатические узлы увеличены, метастазов в кости не обнаружено. 17.11. под эндотрахиальным наркозом проведено оперативное вмешательство – радикальная простатэктомия. 24.11. удален катетер, сняты швы. Заживление первично. Мочевыделение самостоятельно. 28.11. выписан в удовлетворительном состоянии. Простату отсекают от мочевого пузыря и мочевыделительного канала – уретры и удаляют. Такая операция нуждается в высоком профессиональном мастерстве. Проводят ее высокопрофессиональные специалисты, одаренные талантами Всевышнего. Не могу не повториться, что профессионал – это не только высокий профессиональный уровень, это Человек верующий, в основе которого любовь к Господу, ближнему, к своей профессии с характерной для христианина жертвенностью, не имеющей жажды и наклонности к обогащению. Зарабатывать таким трудом, в котором требуется такая операция, очень трудно. Мастерство требует не только удаления простаты, но лимфатических узлов и наложения анастомоза между мочевым пузырем и уретрой. Учитывая ответственность, возможные осложнения и специфику выполнения радикальных простатэктомий, мало кто из врачей захочет и решится таким образом зарабатывать. Даже при уже привычных операциях, таких как аденомэктомия, у «специалистов», о которых пишу, операции имеют последствия в виде таких осложнений, которые трудно, а то и невозможно исправить.

В среду на консультацию пришел больной, которому 5 недель назад в областной больнице, кто там главный врач не хочется уже и писать, уролог Попович провел оперативное вмешательство – аденомэктомию. Сначала пробовал, бывший заведующий урологией – друг Яцины, провести трансуретральную резекцию простаты. Затем перешел на открытое оперативное вмешательство. Как оказалось впоследствии, Попович наделал так называемые ложные ходы и не смог провести цистоуретроскоп в мочевой пузырь. После удаления простаты у больного появилось недержание мочи, то есть моча постоянно самопроизвольно вытекает из мочевого пузыря, а в дальнейшем – задержка мочи. Больной весь этот уже 5-недельный период имеет постоянный катетер. Безусловно, так не может быть всю жизнь. Помочь в таких случаях не легко, а иногда не под силу и специалисту высокого уровня. Но надеюсь, и больной тоже, что мы ему, даст Бог, поможем. Не буду писать, какие деньги и на что, попросил у больного Попович. Опасность еще и в том, что такой «специалист», не будучи на стажировке в соответствующих клиниках, ни в Украине, ни за рубежом будет пробовать проводить радикальные простатэктомии, как и пробовал проводить оперативные вмешательства при гидронефрозах, коралловидных камнях… И так и будет, потому что контроля нет ни со стороны областного специалиста, ни заведующего отделением, ни начмеда, ни главврача, который и является виновником такого положения вещей в областной больнице, а в некоторой степени и в области. Взяточничество и коррупция и создает неконтролируемую ситуацию.

В областной больнице и в области никто из урологов и не пытается выявлять рак простаты в ранних стадиях. Все ждут больного на так называемом рабочем месте, сидя без соответствующих нагрузок. Не пробуют они и при обращении больных раком простаты обследовать пациента и выяснить возможность проведения радикальной операции. Зачем обнаруживать, если таких операций не делаешь? Нет мотивации, как сейчас говорят, для раннего обнаружения рака простаты. За это есть мотивация сделать больному кастрацию и назначить гормонотерапию. В чем эта мотивация понятно каждому.

Думаю, что каждому, кто прочитает эту статью, будет понятно, почему лечение рака простаты в областной больнице и в области остается на уровне прошлого века. Но я уверен, что нынешнее руководство ОГА, областного совета и медицины не потерпит такого отношения к больным как руководителям районами и медицинскими учреждениями, так и врачами соответствующих этих учреждений, ведь они имеют высшие категории. За что? За взятку!!!

Для наведения порядка в освещенной проблеме дополнительные средства не требуются. Нужны соответствующие специалисты, и они есть, но их уничтожала коррупционная система, возглавляемая известными коррупционерами, уничтожение которой задача каждого из нас. Не надо надеяться, что кто-то положит этому конец.

Степан Биляк